Банки

Осенью можно ожидать большое количество размещений на долговом рынке России – Виктор Николаев – ПРАЙМ, 31.08.2020

Банковское кредитование для ряда российских компаний в первом полугодии 2020 года стало альтернативой размещению собственных долговых обязательств и обеспечило подушку ликвидности для работы без финансовых шоков во время пандемии. О том, откроется ли осенью окно возможностей для размещения корпоративного и муниципального долга, продолжится ли бум на рынке золота, в интервью агентству “Прайм” рассказал член правления, руководитель корпоративного и инвестиционного блока банка “Открытие” Виктор Николаев.

– Как корпоративное кредитование в России и в банке “Открытие” пережило пик коронавирусного кризиса?

— Несмотря на сильную волатильность на финансовых рынках из-за пандемии, по итогам первого полугодия 2020 года портфель корпоративных кредитов в банковской системе России вырос на 9,7% год к году и на 6,3% с начала года — до 42,3 триллиона рублей. Без учета валютной переоценки рост портфеля составил 7,2% год к году – это самые высокие темпы за последние 5 лет. Рост был обеспечен в основном за счет кредитования в рублях в марте-апреле этого года: тогда юрлицам было выгоднее кредитоваться в банках, чем привлекать деньги на рынке публичного долга. 

В мае-июне ситуация стабилизировалась, и рост кредитных портфелей в этот период уже сопоставим с динамикой аналогичного периода прошлого года. 

В резко изменившихся условиях работы мы достаточно быстро перешли на удаленные каналы, но количество сделок, заявок на кредиты у нас не сокращалось, а скорее даже увеличивалось. Поэтому по итогам первого полугодия с начала года кредитный портфель КИБ (корпоративно-инвестиционного бизнеса — ред.) банка “Открытие” вырос на 9% — до 977 миллиардов рублей, показав рост на 46% год к году. 

Причем успешно развивалось в этом полугодии не только кредитование. Пассивный портфель – средства на счетах клиентов в банке — в корпоративном сегменте “Открытия” с начала года вырос на 25%.

Портфель пассивов юридических лиц на 1 июля 2020 года достиг 590 миллиардов рублей против 251 миллиарда рублей год назад. Рост гарантийных и аккредитивных сделок за шесть месяцев составил 12%, а документарный портфель на 1 июля достиг 172,6 миллиарда рублей.  

За период самоизоляции у нас появилось много новых клиентов, при этом доля целевых клиентов, которые взаимодействуют с нами по большому количеству услуг и сервисов, увеличилась с 71% в начале года до 79%.

Причем мы сделали это, не имея возможности очных встреч, в том числе с новыми клиентами.  

– Как пандемия изменила условия работы с корпоративными клиентами? 

— И банки, и компании достаточно быстро ушли на удаленку. Волатильность и неопределенность на финансовых рынках в это время повлияли на выстраивание инвестиционных планов и планов развития компаний. А со стороны банков — на оперативную оценку рыночных трендов и факторов кредитоспособности заемщика. В то время были опасения, что возникнут разрывы производственных цепочек, когда предприятие имеет возможность производить продукцию, но не может ее поставлять. К счастью, крупные корпоративные клиенты и финансовые институты достаточно быстро адаптировались, а значимых разрывов производственных цепочек мы не увидели.

– Какие у вас ожидания по изменению кредитного портфеля банка до конца года?

— Мы планируем во втором полугодии расти примерно такими же темпами, как в первом — порядка 9%. При этом сейчас мы нацелены не столько на рост портфеля, сколько на повышение его эффективности и маржинальности. В первом полугодии мы увеличили маржинальность нашего кредитного портфеля на 15%. Причем результат был достигнут за счет увеличения количества инвестиционных и проектных кредитов в кредитном портфеле банка. Это очень важно, потому что мы видим снижение общей банковской процентной маржи в силу объективных причин: процентные ставки уменьшаются, а депозиты физических лиц переоцениваются медленнее, чем активы. 

Мы также нацелены на повышение доли целевых клиентов – тех, с которыми взаимодействуем по значимому количеству банковских услуг. 

– Когда можно будет ожидать восстановления российской экономики от последствий коронавируса? И какие отрасли будут лучше выходить из кризиса?

— С учетом текущей изменчивой ситуации не готов давать каких-то конкретных прогнозов. Но несколько тенденций обрисовать можно. 

Первая: крупные клиенты или устойчивые компании с достаточным запасом прочности последствия коронакризиса ощутят несколько позже.

Вторая: восстановление, очевидно, не будет равномерным. Выход из кризиса не будет происходить в виде латинской буквы V. Не будет единого тренда восстановления – равномерного или устойчивого по всей экономике в целом.

Некоторые отрасли восстанавливаются очень быстро и достаточно эффективно за счет отложенного спроса (в том числе отрасли, связанные с реальным потреблением, например, ритейл). Экспортно ориентированные производители товаров и услуг восстанавливаются по-разному – в зависимости от того, на какие рынки они ориентированы.

Появятся новые лидеры, например, продукция российского АПК становится все более востребованной на мировом рынке. 

На мой взгляд, восстановление экономики будет не быстрым. При этом очевидно, что мы извлечем из этой ситуации много уроков. Будет достаточно большое количество трансформаций, связанных с условиями труда, с порядком взаимодействия компаний друг с другом и внутри самих компаний. 

Для оценки и прогнозирования дальнейшей ситуации важнее даже не то, насколько быстро восстановится экономика, а то, насколько сильно изменятся в будущем отрасли, которые считались достаточно устойчивыми.

– Насколько сейчас отечественный долговой рынок – гособлигаций и корпоративных облигаций интересен институциональным инвесторам? 

– С начала 2020 года, до пандемии, мы видели достаточно большие объемы размещений как ОФЗ, так и корпоративных облигаций. Этот тренд сохранялся еще с прошлого года. А вот с момента начала пандемии публичные размещения, в том числе ряда корпоративных клиентов, стали замещаться банковским финансированием: рост кредитных портфелей в корпоративном сегменте ускорился на несколько месяцев, фактически заместив собой в том числе публичный рынок. Эта подушка ликвидности помогла компаниям не почувствовать каких-то потрясений и шоков. 

Банк России продолжил снижать ключевую ставку, и ее существенное снижение повлияло в том числе на рынок ОФЗ. Доходность по гособлигациям снизилась. На мой взгляд, все планируемое снижение процентных ставок, по крайней мере, на публичном рынке уже включено в цену.

– Какие перспективы ждут долговой рынок РФ до конца года с учетом значительного снижения ключевой ставки Банка России?

— Мы уже увидели первые публичные размещения корпоративных клиентов. Осенью можно ожидать большое количество размещений на долговом рынке РФ.  В случае сохранения текущей денежно-кредитной политики ЦБ и отсутствия негативных новостей, связанных с президентскими выборами в США, объем размещения корпоративного долга может быть весьма значительным. Но скорее всего он не достигнет рекордных цифр 2019 года, когда объем первичных размещений составил 2,493 триллиона рублей.

По нашей оценке, объем размещения корпоративного долга осенью 2020 года может составить от 500 миллиардов до 1 триллиона рублей. Я думаю, мы также увидим оживление рынка субфедерального долга — привлечение облигаций регионами.

– Банк России отмечал, что в мае российские банки начали наращивать вложения в драгоценные металлы и, в частности, в золото. Какая динамика по этому параметру у банка “Открытие” за последние три месяца? 

— Если мы говорим о статистике Банка России, то в строке, где показываются драгоценные металлы и камни, отражены как реальное золото в хранилищах банков, так и золото в пути, которое отгружается. 

Максимальные значения этих остатков в системе мы наблюдали в октябре-ноябре прошлого года, это было связано с уменьшением объема покупки золота Банком России. К началу 2020 года ситуация стабилизировалась, и запасы составляли уже порядка 90 тонн. 

С новой проблемой банки столкнулись в апреле 2020 года, когда Банк России перестал закупать золото и одновременно появились сложности с физической транспортировкой металла. Мы в “Открытии” и наши коллеги достаточно оперативно решили эти проблемы и уже в апреле-мае организовали продажу заграничным партнерам и организовали транспортировку золота в условиях новой реальности.  Примерно с середины мая мы работаем полностью в штатном режиме, тем более что спрос на золото сейчас достаточно большой. Покупая металл у соответствующих производителей, российские банки, в том числе и банк “Открытие”, продают его не только ЦБ РФ, но и другим банкам и контрагентам за пределами Российской Федерации.

Если говорить про остатки физического золота в хранилище банка «Открытие», то на конец мая это было 4 тонны золота, на конец июня и июля примерно 2 тонны. Однако неверно называть эти объемы вложениями «Открытия» в драгметаллы, т.к. это металл, купленный у производителей, к тому же ценовой риск по нему почти всегда перекрыт.  

– Цена золота с учетом некоторых коррекций растет с начала года и в первой декаде августа обновила исторический максимум. С чем связан такой стремительный рост? 

— Золото имеет статус защитного актива и в случае большой нестабильности является той «тихой гаванью», в которую уходят инвестиции. 

Кроме того, есть взаимосвязь цен на золото со ставками, прежде всего, ставкой ФРС США. Чем ниже ставки ФРС, тем привлекательнее инвестиции в золото, потому что ты не можешь получать на казначейских облигациях большой доход. Также золото используется как защитный инструмент от инфляции при восстановлении экономики.

Цены на золото достигли нового исторического максимума в начале августа, почти дойдя до уровня 2 100 долларов за унцию. Основной причиной стало резкое ослабление курса доллара США.

Увеличение спроса на золото связано как со смягчением денежно-кредитной политики центральных банков и ростом их балансов, так и с несоответствием текущей стоимости инвестиционных активов к риску.

Доходности безрисковых активов уже отрицательны или близки к нулю, спреды облигаций не инвестиционного рейтинга к инвестиционным бумагам на американском рынке на исторических минимумах. Показатели P/E для американского рынка также высоки. Это означает, что рынок может быть перегрет.

Неопределенность в отношении скорости восстановления мировой экономики сохраняется, а инвесторы активно ищут активы, которые могут вырасти в цене или обеспечат дополнительную доходность.

Именно поэтому мы видим высокий спрос и низкий уровень доходности государственных долгов развивающихся стран – как в национальной, так и в иностранной валюте, а также рост котировок золота.

– Как долго еще может продолжаться рост?

— Является ли этот тренд сверхдолгосрочным, сказать сложно. Все зависит от развития ситуации с коронавирусом и последствий для экономики, с ситуацией в США и Китае. 

– С точки зрения приобретения физического золота, какая доля у “Открытия” на российском рынке?

— На конец 2019 года доля “Открытия” составляла примерно 20%. По нашей информации, за первое полугодие 2020 года нам удалось нарастить долю примерно до 27% — это приобретение физического золота у производителей.

– Насколько высок спрос на инвестиции в золото со стороны российских частных инвесторов? 

— Безусловно, мы видели спрос со стороны частных инвесторов на приобретение физического золота и его суррогатов, то есть опционов и ETF на золото. 

Физический спрос, конечно, ограничен. В частности, потому что операции со слитками по-прежнему неинтересны клиентам из-за сохранения НДС по таким операциям. Но интерес к золоту обеспечивают металлические счета. При этом с учетом текущих трендов можно сказать, что спрос сокращается, так как стоимость золота уже достигла достаточно высоких значений, при этом люди стали обращать внимание на другие драгоценные металлы – такие как платина и серебро.

– Какие инструменты пользуются спросом у клиентов “Открытия”? Во что предпочитают инвестировать ваши состоятельные клиенты из Private Banking? Изменились ли как-то стратегии инвестирования у клиентов разных сегментов после снятия режима самоизоляции?

— Тренд увеличения доли инвестиционных продуктов в личных сбережениях, особенно у клиентов Private Banking и клиентов сегмента “премиум”, который мы видели давно, становится еще более заметным. Например, доля инвестиционных продуктов в структуре сбережений клиентов Private Banking банка “Открытие” с 35% в начале года к текущему моменту выросла до более 41%, а доля депозитов снижается. Тренд, очевидно, связан с тем, что по депозитам и в рублях, и в других валютах мы видим низкие процентные ставки, а на рынке инвестиций существует возможность зарабатывать.

Что касается наиболее предпочтительных инструментов инвестиций, здесь все зависит от риск-аппетита и задач, которые ставит клиент. Режим самоизоляции вряд ли сколько бы существенно повлиял на поведение людей, поскольку все операции легко проводить онлайн через мобильное приложение. Доля пользователей сервисными функциями мобильного личного кабинета и мобильного приложения в нашем “Открытие Брокер” составляет 97%.

– Какие риски в мировой экономике и в российской вы видите до конца года?

— В текущих условиях прогнозы – дело неблагодарное. Я думаю, нам надо привыкнуть к постоянной волатильности, к постоянным изменениям трендов в глобальной экономике, в том числе и потому, что в мире большое количество финансовых ресурсов, которые ищут направления инвестиций.

Безусловно, мы имеем очень большую неопределенность с точки зрения так называемой второй волны коронавируса, которая может по-разному отразиться на экономике разных стран. С другой стороны, мы видим позитивные новости по разработке вакцины. Также стоит учитывать политические события в разных странах, которые тоже могут повлиять на ситуацию как в России, так и в мире в целом.

Риски, которые мы предвидим или не предвидим, до конца года пройдут и возникнут новые. Главное, чтобы все были здоровы.

Источник

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть